Картофельный суверенитет
Каждому гражданину — мешок картошки и лифт, в который этот мешок помещается. В Европе лифты узкие, и это не случайность.
Эксклюзив · Только у нас · Кадры, которых не покажут
Народный оппозиционер. Эксперт по всему, кроме отдельных мелочей, в которых он тоже эксперт. Пятнадцать лет предупреждал, что там всё развалится, — и там всё вот-вот развалится, буквально со дня на день, осталось совсем чуть-чуть, максимум лет двести.
Смотрел лично · Проверено соседом · Мнение сформировано окончательно
93%
Опрошено четверо: Глеб, сосед Петрович, кот и человек, который просто мимо шёл.
14-й
По прогнозам экспертов, окончательно замёрзнут уже вот-вот. Ну или следующей осенью. Или той.
0
Проверено. Ни одной. И они ещё нас чему-то учат.
Глеб Зайков родился в тайге, потому что в роддоме было слишком уютно и это расслабляет. Первое слово — «суверенитет», второе — «а почему». В три года самостоятельно собрал трактор из берёзы и обиды, в шесть впервые в жизни поспорил с телевизором и выиграл.
Школу окончил экстерном: учителя сдались первыми. Высшее образование получил заочно, глядя в окно. Имеет учёную степень кандидата в люди, присвоенную самим собой на кухне в ночь с четверга на пятницу.
Однажды был в Европе восемь часов — пересадка в аэропорту. Этого хватило, чтобы понять там абсолютно всё. Купил воду за четыре евро и с тех пор не может спокойно об этом говорить.
Каждый пункт продуман, выстрадан и один раз проверен на соседе.
Каждому гражданину — мешок картошки и лифт, в который этот мешок помещается. В Европе лифты узкие, и это не случайность.
Ввести борщ в школьную программу отдельным предметом. Экзамен — устный, принимает бабушка.
Пока там берут деньги за вход, мы будем брать высоту. Это, если вдуматься, главное отличие двух цивилизаций.
Наш огурец кривой настолько, насколько сам считает нужным. Никаких директив. Огурец — не раб регламента.
Там в воскресенье всё закрыто. Представьте: кончился хлеб — и всё, живи с этим до понедельника. Мы так не сможем.
Зачем пятьсот каналов, если правда всё равно одна и её уже озвучили в 20:00?
Секретный. Будет обнародован, когда народ будет готов. Пока не готов, но осталось немного.
Всё нижеизложенное установлено лично, подтверждено интуицией и не нуждается в источниках, потому что источники, как известно, тоже европейские.
Полтора евро. За вход. В туалет. Скажите честно: может ли цивилизация, монетизировавшая столь естественный процесс, претендовать на моральное лидерство? Вопрос риторический, но ответ — нет.
У нас с этим просто: захотел — зашёл. Вот она, та самая свобода, о которой они так много говорят и которую так дорого продают.
Многолетние заседания в Брюсселе на тему допустимой кривизны овоща — это не шутка, это их реальность. Пока одни осваивают космос, другие линейкой меряют огурец и оформляют это в директиву на сорок страниц.
Наш огурец растёт как хочет, и именно поэтому он вкуснее. Свобода овоща — первый признак свободы общества.
Четыре евро. За бутылку воды. Это примерно два ведра колодезной, три компота и половина бабушкиной трёхлитровой банки, если пересчитать по справедливости.
Говорят, у них вода из-под крана питьевая. Возможно. Но питьевая — это ведь не то же самое, что родная.
Магазины закрыты. Аптеки закрыты. Всё закрыто. Представьте себе воскресный вечер, в доме кончилась соль — и вы просто живёте дальше без соли, как в средневековье, только с айфоном.
У нас круглосуточный магазин работает даже тогда, когда он закрыт: надо просто постучать и знать, кого позвать.
Идёт человек — и улыбается. Просто так. Ни свадьбы, ни премии, ни даже повышения пенсии. Что он скрывает? Почему ему хорошо? Наш человек улыбается только по делу, и потому его улыбке можно верить.
Они экономят. У них в квартире плюс девятнадцать и свитер. У нас в квартире плюс двадцать восемь и открытая форточка в минус тридцать. Кто из нас в итоге победил в энергетическом споре — судите сами.
Отсюда и вывод: сначала ты надеваешь дома свитер, а потом незаметно теряешь величие.
Обошёл в аэропорту четыре магазина. Капусты нет. Совсем. Ни в банке, ни в бочке, ни даже в мечтах. Народ без квашеной капусты — это народ, у которого на зиму нет плана.
Я не против европейцев. Я просто хочу, чтобы они наконец признали: борщ — это суп, огурец — это личность, а туалет — это право, а не услуга.
Никакой изоляции. Мы открыты всем, кто приедет со своей банкой и уважением к капусте.
Политолог
«Я проанализировал ситуацию и могу заявить: всё именно так, как сказал Глеб. Остальное — детали, в которые я не вникал принципиально».
Военный эксперт
«Если посмотреть на карту, а я посмотрел, то очевидно: их там значительно меньше, чем кажется, и значительно больше, чем хотелось бы».
Экономист-самоучка
«Я тридцать лет считаю в тетрадке. Тетрадка говорит, что евро скоро всё. Тетрадка ещё ни разу не ошибалась, ну кроме тех раз».
Все эксперты вымышлены и озвучены одним и тем же голосом.
Восемь часов. Пересадка. Этого достаточно, дальше всё считывается интуитивно.
Это они специально. Чтобы нормально выглядело. Мы такое видим насквозь.
Из глубокого анализа, проведённого вчера в маршрутке. Свидетели есть, но они уже вышли.
Держится из вредности. Но это ненадолго, максимум лет двести.
В телеграме: @vainery. Мысли выходят по мере поступления, иногда быстрее.
Оставьте контакты — пришлём методичку, значок и один (1) солёный огурец в электронном виде.
А лучше сразу подписывайтесь: Телеграм @vainery